Неоконченная история умного ребенка и глупой мамы

— Органической патологии я тут не наблюдаю. По всем признакам у вашего ребенка признаки скрытой депрессии.

— А что, бывает депрессия у детей 8-летнего возраста?

— Бывает. И мы далеко не всегда можем определить причину. Часто она бывает — депрессия у умных детей из хороших семей.

Депрессия у детей

Ну все! Приехали! Доктор сказала вслух то, о чем я знала, но боялась себе в этом признаться. Я знала, что у моего ребенка звуковой вектор. Я прошла тренинг по системно-векторной психологии Юрия Бурлана, на котором говорили, что именно у звуковиков бывает настоящая депрессия. Причины ее — травма в звуковом векторе или ненаполнение желаний звукового вектора. Но у моего ребенка не было травм! Значит, нехватки привели к депрессии?! У восьмилетнего ребенка?

Лучше я расскажу все по порядку, может, и сама пойму, как получилось, что возникла депрессия у моего ребенка.

Будущий программист

С самого раннего его детства мы поняли, что растет будущий программист. Нормальные дети играют с машинками, куклами, спят с мягкими игрушками. Наш играл только с теми игрушками, на которых были кнопки. Калькулятор был любимой игрушкой. Видимо, еще и потому, что он не издает звуков при нажатии. Спал со старой компьютерной клавиатурой и мышкой.

Нормальные дети обожают сказки. Наш не дослушал до конца ни одной, за исключением «Хоббита». Читать научился в 4 года сам, никто его не учил. Сначала читал то, что написано на заборах, вывески и названия продуктов на упаковке, потом стал читать состав, но больше всего его интересовали инструкции к применению. Ничего другого читать не хотел. Художественные книжки, тем более сказки, его не интересовали. Лет с 6 увлекся компьютерным журналом «ЧИП», что там понимал — неизвестно, но читал от корки до корки.

Все дети обожают рисовать. Наш даже в детском садике на уроках рисования рисовал только простым карандашом или каким-то одним цветом, причем исключительно приборы: калькулятор, телевизор и, конечно же, компьютер и всю его клавиатуру во всех подробностях, с функциональными клавишами и кнопкой «Windows».

В 4-5 лет пересмотрел все серии «Фиксиков» и «Смешариков» — другие мультики категорически не признавал. В 5 лет начал смотреть «Смешарики: Пин-код» — в это время как раз стали активно появляться новые серии. Примерно ко 2-му классу новые серии закончились. Смотреть стало нечего. Поначалу пересматривал старые серии, теперь, в 3-м классе, уже нет, потому что неинтересно пересматривать то, что уже и так знаешь наизусть.

В 1-м классе он начал программировать на детском языке программирования Scretch, во 2-м составил полноценную программу-игру для обучения детей таблице умножения. При том, что компьютер у нас в семье дозирован и нет возможности сидеть за ним круглые сутки.

Когда в начале 3-го класса я записала его на кружок по Scretch в доме творчества детей и молодежи, преподаватель, поговорив с ним, сказал, что не знает, чему еще его учить, так как он знает больше, чем сам преподаватель. Пришлось отвести его в другой дом творчества, далеко от дома, чтобы его взяли на кружок по Паскалю. Но к новому году молодой парень, который там работал преподавателем, исчерпал свои возможности и сыну стало неинтересно. А если ему неинтересно, то заставить его что-то делать бывает ой как нелегко.

Например, школьные уроки он делает ровно 10 минут, но при этом я могу потратить полчаса на то, чтобы его уговорить на это. В основном пользуюсь шантажом: не сделаешь уроки — не разрешу сесть за компьютер.

К чему я все это? Вы можете подумать, что я хвастаюсь. Вот, мол, какой у меня гениальный ребенок! Нет, на самом деле я пытаюсь проанализировать, что привело к тому, что могла возникнуть депрессия у ребенка в 8 лет.

Депрессия у детей и подростков

В первом классе мы записали его на секцию карате, потому что мальчикам нужно физическое развитие. Поначалу ходил с удовольствием: форма, пояса, нашивки. К концу первого класса нравиться перестало, но я настаивала, и он ходил. Даже съездил на три дня в каратистский летний лагерь с палатками. Но и там ему было скучно. Ко второму классу сопротивление возросло так, что пришлось бросить карате.

Депрессия у ребенка. В чем моя вина?

В том, что не смогла обеспечить полноценное развитие его свойств. У современных детей, а особенно звуковиков, объем психики гораздо больше, чем всего поколение назад. Их желания к познанию сущности мира не покрываются стандартным родительским набором для развития. Им уже мало музыкальной школы, занятий иностранным языком и кружка по программированию. Их психика требует гораздо большего наполнения, гораздо больше смыслов. Можно сказать, что она требует великих идей, которые мы, родители, не в состоянии им дать.

Когда в 5 лет он интересовался английским и приглашал меня участвовать в онлайн-игре по изучению английского, мне было некогда.

Я не приучила его любить классическую музыку, потому что сама в ней не разбираюсь.

Когда он перестал ходить на каратэ, я нашла ему учителя по гитаре, но анально-зрительный золотой во всех отношениях учитель не может зажечь кожного звуковика. И опять появляется наш главный враг — скука.

Уже во втором классе он заявил мне, что в школе ему нечего делать, он все это уже знает. При том, что отношения в коллективе у него были хорошие. Ребята его уважали, он помогал им разбираться с телефонами, устанавливать игры и другие приложения.

Он предлагал перейти на обучение по интернету, но, как системный родитель, я понимаю, что социализация ребенку необходима, что он должен научиться ранжироваться со сверстниками, общаться и дружить. Но в школе ему действительно скучно! А переводить в другую школу нет смысла, так как программы начальной школы везде одинаковые.

И к середине третьего года обучения у сына начались головные боли. Постоянные, локализованные в области лба, не купирующиеся ни таблетками, ни прогулками на свежем воздухе, ни отдыхом от школы. Среди моих предположений и появилась мысль о том, что это может быть депрессия у ребенка, но я ее гнала от себя — он ведь совсем маленький.

Мы прошли все мыслимые обследования, сделали МРТ, кучу всяких УЗИ, объездили толпу докторов. Результат нулевой. Выписывали лекарства только потому, что надо было что-то выписать. Я честно начинала их давать. Но становилось только хуже. Ребенок буквально впадал в спячку — становится вялый, бессильный, ничего не желающий. Как маленький старичок.

Когда мне сказали, что причина недомоганий — депрессия у ребенка (у моего ребенка!) — я сначала испытала шок. Но потом облегчение. Я вспомнила, что я все-таки системная мама и на самом деле мне известны причины звуковой депрессии.

Я понимаю, что его уму не хватает возможности работать на полную мощь и современная система образования не покрывает желание к познанию у звуковика.

Впервые за всю историю человечества мы столкнулись с тем, что не родители учат детей, а дети родителей. Раньше было: «папа может, папа может все, что угодно…», а сейчас папа просит сына, чтобы тот объяснил ему, как пользоваться той или иной функцией в компьютере.

У современных детей уже иное восприятие реальности, они видят и понимают гораздо больше, чем мы можем себе представить. Мы ничему не можем их научить, но именно от нас зависит, по какой дороге они поведут нас всех в будущее.

Я — системная мама и поэтому думаю, что с депрессией у ребенка мы справимся. Пожелайте мне сил, мудрости и настойчивости на этом пути, а я потом расскажу, что у нас получилось и как все происходило.

Анонимно

Статья написана с использованием материалов онлайн-тренингов по системно-векторной психологии Юрия Бурлана