Советы женщинам, которые решили выйти замуж за мужчину с детьми

Во время получения второго высшего психологического образования я уже имела двоих почти взрослых детей. Сыну было 11 лет. Дочери— почти 18. С мужем мы развелись несколько лет назад. Кстати, после развода отношения с ним стали значительно лучше, чем раньше, когда жили вместе. Почти дружеские.

Новое знакомство

В группе, где я училась, был интересный мужчина. Он был вдовцом. У него тоже было двое детей-подростков: 14 и 16 лет. Его жена умерла, когда им было 4 года и 6 лет. С тех пор прошло 10 лет. Детей Олег воспитывал один. Так как отец много работал и учился, мальчишки росли практически на улице. Плохо учились. Водились с плохой компанией.

Отец считал, что главное— детей накормить, одеть, обуть, покупать игрушки. Чтобы они ни в чем не нуждались. Чтобы соседи не осуждали и пальцем не показывали. Мы с Олегом подружились. У нас было много общего. Мы интересовались и занимались психологией, эзотерикой, йогой. Любили учиться, получать новые знания.

Второй брак

Через некоторое время Олег Васильевич сделал мне предложение руки и сердца, я согласилась. Мне он нравился. Я подумала, что два психолога всегда смогут договориться и найти общий язык. Я была уверена, что смогу быть хорошей мамой его детям. С моими детьми мне было легко. Они были внимательными, самостоятельными. Занимались музыкой и спортом. Хорошо учились.

Наши с Олегом желания совпадали. Нам хотелось семейного уюта, тепла, добрых отношений с детьми, любви и дружбы.

Детей мы поставили перед фактом. Я сказала своим детям, что мы будем жить вместе с Олегом Васильевичем и его детьми. Он будет мне мужем, а им— вместо отца. Попросила относиться к нему с уважением, называть его Олегом Васильевичем и подружиться с его детьми. Дети были согласны, так как считали, что все, что делает мама,— правильно.

Совместное сосуществование или страсти-мордасти

Мы решили съехаться в одну 5-комнатную квартиру, а пока будем искать варианты, пожить в нашей 3-комнатной. Все, что началось вскоре, описанию не поддается. Четыре малознакомых подростка в одной квартире это— бомба. Они не подружились, а начали воевать друг с другом. Мы с Олегом были постоянно заняты: работа, учеба, огороды. Домой приходили заполночь.

Дома был кавардак. Все перевернуто вверх дном. Кровати не заправлены, горы немытой посуды. Никакой еды. Каждый выживал как мог. Прятали друг от друга хлеб, сладости, кто что найдет. Моя дочь злилась, что никто не помогает убираться. Что мальчишки сорят, грубят и матерятся. Мальчишки злились на отца, ревновали к нам, считали его деньги.

Сын мой не жаловался, но до ночи домой не заходил, ждал нашего прихода, так как дома началась дедовщина. Мальчишки гоняли его, заставляли работать на них, били и даже водили с собой воровать деньги у пассажиров автобуса. Сын их боялся и мне ничего не рассказывал.

Все это я узнала от соседей, которые стали предупреждать меня, что я могу потерять своих детей, воспитывая других.

Проблемы…Бесконечные проблемы

Дети мужа не хотели учиться, школу прогуливали, безобразничали. Он часто переводил их из школы в школу. Стояли на учете в детской комнате милиции. До поры до времени я об этом не знала. Потом мне на работу стали отовсюду звонить, что сын натворил— то, другой— другое. Мне приходилось оправдываться на работе, что это дети мужа. Иначе бы меня не поняли.

Младший хотел поначалу называть меня мамой, но старший его за это избил. Было много разборок и с учителями, и с милицией, и с потерпевшими. Мы за детей ручались, но все становилось еще хуже. Кроме всего прочего, старший парень совратил 13-летнюю девочку из соседнего подъезда. Она забеременела и родила ребенка.

Ее мама ничего не знала об этом, хотя и спала с дочкой в одной кровати. У них с мужем был бракоразводный процесс. Они не замечали, что творится с девочкой. Маме позвонили из роддома и сообщили, что девочка родила.

Олег не хотел ничего об этом ни слышать, ни знать. Сказал, что пусть сначала докажут. Младший стал таскать из дома вещи, книги. Ребята во дворе говорили, что он балуется наркотиками. Он не учился, бродяжничал, воровал. Мы искали его у друзей, по улицам.

Слава Богу, что мы не съехались!

Терпение мое заканчивалось. Разговоры и увещевания не помогали. Отца дети не слушали. Он не был для них авторитетом. Его практически не признавали. Мне мальчики обещали исправиться, но ничего не менялось.

Я решила, что мне пора подумать и о своих детях. Все это время они тоже страдали.

Олег не хотел расставаться. Ему с нами было хорошо и уютно. Но я напомнила ему, что дети несовершеннолетние и вся ответственность за них лежит на нем. Да и я в нем немного разочаровалась. Ради чего я так усложнила жизнь своим детям.

Я долго думала, почему у меня не получилось хороших отношений с этими детьми? Ведь я воспитатель, педагог, психолог. Всю жизнь работала с детьми, люблю их. Мечтала родить пятерых детей. Хотела усыновить детей из Дома ребенка. Почему же я не смогла стать хорошей мамой этим мальчикам?

Анализируем историю вместе с системно-векторной психологией Юрия Бурлана

Сейчас, зная системно-векторную психологию и пройдя тренинг, разбираясь в себе и других людях, я пытаюсь проанализировать эту ситуацию снова. Начнем по порядку.

Почему эти дети стали трудными подростками? Ошибки отца

— Отсутствие ощущения защищенности и безопасности. Они рано остались без матери. Отец ими почти не занимался. У детей не было чувства защищенности и безопасности, которое дети получают в основном от мамы.

— Обиды папы с анальным вектором. Отец не мог дать детям этого чувства, так как сам в детстве не имел его. Он всю жизнь был обижен на свою мать за то, что она больше любила другого сына, его брата-близнеца. Тот был красивенький. А Олега мать называла«колдуном». Все годы он рассказывал мне о своих обидах на мать. Получилось три поколения недолюбленных детей: отец, его дети и малыш, рожденный юной девочкой.

— Наличие у детей кожного вектора. В воспитании таких детей должна присутствовать строгая дисциплина и ограничения. Это способствует развитию вектора. Люди с кожным вектором могут быть спортсменами, танцорами, бизнесменами, военными, инженерами, юристами. Для всех этих профессий нужна железная дисциплина и стремление к успеху. Детей нужно было отправить в спортивные секции, в танцевальный кружок, в летную школу, в авиаконструкторский кружок и так далее. Дисциплины в семье не было.

— Ложь и воровство. Ложь и воровство— это последствия потери чувства защищенности и безопасности, а также— битье кожных детей. Если этим детям попадало в детстве, то они могли начать заниматься покражами. Это признаки неразвитого кожного вектора. А развитие векторов происходит у детей до пубертата.

— Бедность эмоциональной сферы. У детей не были созданы эмоциональные связи ни с кем. Ни с отцом. Ни с бабушкой-дедушкой. Ни с дядями-тетями. Видимо, неприятие отца в семье отразилось и на его детях. Или повлияли обиды сына на мать.

— Измененное отношение к себе. При отсутствии эмоциональных связей с родными и близкими у детей теряется ощущение защищенности и безопасности и формируются такие мысли: «Я тот, кто никому не нужен», «Я— плохой», «Меня бросили». У таких детей часто возникает настоящая агрессия на позитивное принятие их другими людьми. Они не знают, что делать, если тебя принимают.

— Выученная беспомощность. Дети Олега, как и детдомовские дети, не были ничему обучены. Не умели ухаживать за собой, заправить кровать, помыть за собой посуду, приготовить еду, убраться в комнате. Все это за них делал отец, приходя домой поздно вечером. Вовремя не научил. Заставить детей делать это не смог. Они уже вышли из-под контроля.

— Не было дружбы ни между отцом и детьми, ни между братьями. Отсутствие чувства защищенности и безопасности, отсутствие эмоциональных связей в семье, отсутствие опыта и примера полноценных семейных отношений привело к тому, что в новой семье дети стали проявлять агрессию и негативизм.

И хотя у ребят был родной отец и много других родственников, они приобрели личностные и поведенческие особенности детей, лишенных попечения родителей.

Как нам нужно было поступать в этой ситуации. Наши общие ошибки

Прежде чем заключать брак и объединяться в общую семью, мы должны были создать эмоциональные связи всех со всеми: между нашими детьми, между нами и детьми.

Для этого можно было начать ходить друг к другу в гости. Отмечать вместе праздники и дни рождения. Организовывать совместный прием пищи: обеды, ужины. Согласно системно-векторной психологии Юрия Бурлана, это очень сближает людей эмоционально.

Можно было совершать совместные поездки: на огород, в лес за грибами, на экскурсию. Ходить в походы с сыновьями. Там на природе в естественных трудных условиях можно установить достаточно близкие доверительные отношения. Поставить вместе палатку, сложить и разжечь костер, наловить рыбы, собрать грибов, приготовить на костре еду— и наслаждаться отдыхом, природой и совместно приготовленной пищей. Коллективный труд очень сближает мужчин.

Посещали бы вместе спектакли, где на пике эмоциональности непременно бы сближались на высокой ноте. Вместе читали бы книги, особенно душевные, на сострадание, и обсуждали их.

Нужно было бы посоветовать Олегу чаще проводить время со своими детьми, больше с ними общаться. Встретиться с учителями детей, выяснить, по каким предметам, темам отстают дети и организовать им помощь в учебе (репетиторы, одноклассники, учителя).

Попытаться наладить Олегу взаимоотношения со своей мамой, семьей и вовлечь в них своих сыновей. Отсутствие близких, эмоциональных отношений с родственниками, с отцом лишило детей чувства защищенности и безопасности. А это мешало их развитию.

Необходимо было определить ребят в спортивные секции. Это естественным образом приучило бы их к дисциплине. Записать в какие-то кружки по интересам, например: авиамодельный, летная школа и так далее.

А потом, когда дети хоть сколько-нибудь подружатся, обязательно нужно было спросить у всех детей, согласны ли они на наш брак и совместное проживание. А если нет, то продолжать дружить семьями и ждать, когда дети подрастут.

Кроме этого, мы не наладили быт в семье, не нашли детям общего дела, общих интересов. Не распределили обязанности, мало контролировали. У нас было много эгоизма, занимались больше собой, своими делами, интересами.

Пустили многое на самотек. Считали, что стоит нам объединить свои усилия, создать детям хорошие условия в семье, по-доброму относиться ко всем детям, то все постепенно наладится.

Были и внешние трудности. Это были 90-е годы. Работали много. Денег не хватало. Зарплату почти не платили. Мы сами теряли чувство защищенности и безопасности, поэтому не могли дать его друг другу и детям. Наша учеба. Все это отнимало много времени и сил, которые в первую очередь нужны были детям.

Что бы я посоветовала семьям, желающим взять детей на воспитание

Даже если бы мы не совершили стольких ошибок, воспитание подростков, даже своих, — очень трудное дело. Нужно очень хорошо подумать, разобраться в себе и попытаться понять особенности детей.

Конечно, подросткам семья также необходима, как и маленьким детям. Для более старших детей, никогда не имеющих семьи, обретение приемной семьи— последний шанс получить опыт семейной жизни, чтобы использовать его для создания собственной семьи в будущем.

Даже «гостевая семья»— брать ребенка по выходным и праздникам— имеет большое положительное значение для ребят. Они увидят, как строятся взаимоотношения между мужем и женой, отношение к детям, распределение обязанностей между всеми членами семьи.

Именно готовность родителей принимать ребенка таким, какой он есть, и отдавать ему максимум тепла и заботы возвращает ребенку ощущение защищенности и безопасности.

Чтобы не совершить моих ошибок, посетите бесплатные онлайн-лекции по системно-векторной психологии Юрия Бурлана. Регистрируйтесь здесь.

 Елена Вахрушева, педагог, психолог