Наталия Свиридова: Я не смогла бы понять своего сына без знаний Системно-векторной психологии Юрия Бурлана

Результат, про который я хочу написать, особенный. Именно в поисках решения этой проблемы я записалась на тренинг по Системно-векторной психологии три года назад.

Гром среди ясного неба

Вспоминаю осень 2013 года. Мой сын, которому было 12, сказал, что больше не хочет заниматься плаванием. Это прозвучало как гром среди ясного неба. На попытки выяснить причину я не получила никаких вразумительных ответов. «Не хочу» и точка. «Что это? Почему?» – у меня проносились сотни вариантов ответов, рисовались страшные картинки, чем же ребенок будет теперь заниматься в свободное время, строились планы, куда бежать, с кем говорить, у кого просить совета.

«Как же так? – не укладывалось в моей голове. – Ведь он плавает с четырех лет. У него великолепные физические данные, уже выполнил юношеские и частично взрослые разряды. Перспектива просто отличная: кандидат в мастера, потом мастер спорта. Ведь все хорошо. Так в чем дело? Может, это просто подростковый бунт такой? Надоело напрягаться, ведь тренировки каждый день? Лучше сидеть дома за компьютером?»

Много суеты

Попытались надавить, отвезли в бассейн «через не хочу». Бесполезно. Он просто уходил оттуда, дождавшись, пока мы, родители, уедем. Я побежала к тренерам. В ответ они просто пожимали плечами и строили предположения, что, возможно, за кем-то потянулся, попал в плохую компанию, влюбился и так далее. Потом я разговаривала с учителем физкультуры в школе, потом с кем-то из родителей, у которых дети тоже бросили бассейн. Я даже пошла к психологу. Первый и последний раз в своей жизни. Но и здесь результата не было. Более того, поняла, что с таким же успехом я могла бы сидеть на месте психолога, а она – в кресле пациента.

Разговоры «по душам» с сыном тоже не вносили ясности. Только один раз на мои слова, что жалко бросать плавание, в которое вложено столько сил, времени, что он ведь хотел стать мастером спорта (он, действительно, сам говорил об этом), сын заплакал и сказал: «Мама, это ТЫ всего этого хотела, но не я». Что-то где-то ёкнуло у меня, блеснул какой-то луч осознания: а правда, не я ли все это придумала? Но нет, разве можно признаться себе в этом? Разум быстро нашел объяснения, привел массу доказательств, убедил, что я замечательная мама, никогда не давлю на детей и так далее.

Выход есть

В этот же период в интернете мне попалась системно-векторная психология Юрия Бурлана. Было невероятно интересно: я читала библиотеку на портале, приходили какие-то осознания, и я записалась на тренинг с надеждой решить вопрос с сыном. Что я хотела? В глубине души – вернуть его в спорт. Ни больше ни меньше.

Во время прохождения тренинга сначала пришло понимание себя, своего состояния. В первую очередь осознания стресса в кожном векторе, который заставлял мельтешить, делать миллион ненужных, пустых дел и сбивал с ритма моего сына с анально-звуковой связкой векторов, которая задавала ему абсолютно противоположные мне желания – к неторопливой жизни и сосредоточению на своем внутреннем мире.

Это осознание позволило успокоиться, мысли перестали лихорадочно метаться. Я больше не торопила сына, не дергала, что вот надо быстрее начать чем-то заниматься, почему ты сидишь дома, а мог бы сделать то-то и то-то. Не прошло и месяца, как я услышала от него: «Мам, ты какая-то другая стала».

Занятия по звуковому вектору расставили все по местам, и бесконечные вопросы получили четкие ответы, с полным описанием причин и следствий.

Хочу, чтобы он…

Для моего анально-звукового с кожным и зрительным векторами ребенка, конечно, плавание было замечательным видом спорта, если бы он занимался им непрофессионально, а просто для поддержания своей физической формы. В анальном векторе нет желания к соревнованию, к борьбе, во что бы то ни стало приплыть первым, быть быстрее, чем другие. Я сама индуцировала своего сына, эмоционально накручивала, говорила: «Давай, ты сможешь, ты будешь первый, у тебя все получится!»

И у него, действительно, получалось. Но только огонек в его глазах быстро гас, и нужно было снова зажигать его. Я это все видела, но не хотела признаться самой себе (а в общем-то, и не понимала), что это было МОЕ желание, это Я хочу, чтобы мой сын был первым и стал профессиональным спортсменом. А он послушный анально-зрительный «золотой» ребенок, который не хочет расстраивать маму и будет делать то, что она ему скажет.

Осознание

Но самое неожиданное осознание пришло после лекции по звуковому вектору. Этот вектор доминантный, и его состояние влияет на состояния в других векторах. Не будут удовлетворены желания в звуковом векторе – всем векторам будет плохо.

С началом пубертата (11-12 лет) у подростков со звуковым вектором особенно остро могут пробуждаться глобальные философские вопросы. Они начинают бессознательно искать ответы на вопросы бытия, смысла жизни, своего места в ней.

Спорт – прекрасное наполнение желаний кожного вектора к движению, к соревнованию, к успеху. Но если у ребенка есть звуковой вектор, то одним спортом здесь не ограничиться, да и профессионально он заниматься им не будет. Этого просто до невозможности мало для наполнения. Так и произошло с моим сыном.

Что дальше

Через год после того, как мой сын бросил бассейн, он взял в руки гитару. Обычную старую гитару, которая пылилась у нас много лет, и я периодически собиралась ее выбросить. Без учителей, совершенно самостоятельно, с помощью видео-уроков он научился играть. Через 3 месяца мы подарили ему уже хорошую профессиональную гитару. Еще через полгода он сел передо мной и сказал: «Послушай, мам, я сочинил музыку»…

Сейчас я пишу эти строки, и у меня наворачиваются слезы на глаза. Почему? Потому что безумно жаль, что я не познакомилась с системно-векторной психологией Юрия Бурлана раньше, когда моему сыну было хотя бы лет пять. Тогда бы я знала, что из детей со звуковым вектором не надо делать спортсменов, а лучше отвести в музыкальную школу. Тогда бы я понимала, что анальному малышу противопоказана спешка, его нельзя подгонять и торопить.

Я бы не подтрунивала над его какими-то непонятными орфографическими ошибками, а забеспокоилась бы, так как это один из признаков дислексии, которая бывает у звуковых детей. Более того, невинные, как мне казалось, шутки насчет ошибок, больно ранят его кожный вектор и взращивают в нем чувство неуверенности. Я бы понимала, почему анальный малыш часто обижается и долго помнит все обиды. Я бы не говорила своему зрительному ребенку: «Вытри слезы, будь настоящим мужчиной! Что ты, как девчонка, расплакался?» И НИКОГДА бы не отпустила его с папой на охоту, где он увидел, как стреляют в живых лисиц. И у моего сына не ухудшилось бы зрение. Горько осознавать все это.

Я очень завидую сегодняшним родителям, которые получат знания по системно-векторной психологии Юрия Бурлана и смогут избежать трагических ошибок в воспитании своих детей.

Эпилог

Все же мне повезло. Я успела. Сегодня мой 15-летний сын играет на гитаре, сочиняет музыку, занимается вокалом. Он чувствует огромное удовлетворение и гордится, что всего этого добился сам. Он не бросил спорт, занимается легкой атлетикой в удобном ему режиме. Ему не нужно быть профессиональным спортсменом, ему вполне достаточно пробежать кросс и внести свой вклад в командный зачет, уметь подтягиваться на турнике, отжиматься, иметь хороший пресс. Теперь он не стесняется своих слез, потому что знает, что такова его природа и стыдиться нечего.

Когда мой сын был маленьким, я часто говорила, что не понимаю его. Ну вот совсем. Дочь для меня была как открытая книга, а сын – нет. И было очень тяжело жить с этим непониманием. Сейчас не осталось никаких вопросов. Я знаю, как вести себя, что говорить, как говорить. Я знаю, что не надо перескакивать с темы на тему (как обычно я делала) в разговоре с ним; что нужно обязательно заметить его старания и сказать ему об этом, если он помыл посуду или выучил новую мелодию, или получил хорошую отметку в школе. Я знаю, что нужно обязательно сразу попросить у него прощение, если невольно обидела.

Я понимаю, почему иногда у него в глазах я вижу боль. Эта боль однажды вылилась в ссору и слезы. «Я не знаю, что со мной. Мне иногда ничего не хочется. Зачем? В чем смысл?» – такие слова я услышала. И у нас был разговор. Разговор о том, что у всех людей от природы разные цели и задачи, разные желания, разные ценности; что психика человека складывается из восьмимерного объема, восьми векторов. Семь векторов имеют материальные желания и только у одного – звукового – желания лежат в нематериальной плоскости. Они заставляют человека задавать вопросы о смысле жизни. И это главные бессознательны вопросы, которые требуют ответа, поэтому все остальное, карьера, деньги, успех, уходит на второй план.

Это был долгий разговор. Слезы высохли, появилась надежда в глазах. Я спросила: «Тебе стало легче?» «Да. Спасибо», – был ответ.

Смогла бы я понять без знаний системно-векторной психологии, что происходит с моим сыном и поддержать его? Уверена, что нет. А сейчас, несмотря на подростковый возраст сына, между нами больше взаимопонимания и доверия, чем когда-либо раньше.

Наталья Свиридова, педагог

Статья написана с использованием материалов тренингов по cистемно-векторной психологии Юрия Бурлана